Плясать и плакать.

А месяц будет плыть и плыть,

Роняя весла по озерам,

И Русь все так же будет жить,

Плясать и плакать у забора.

 Сукины сыны всегда жили, живы и будут жить. И мне, ханже, чистоплюйке, интеллигенту-филологу, ни грамма не стыдно так их называть. По-другому не могу.

   В прошлом году, тоже зимой, понесло меня в тяжелую, чреватую последствиями, тему – военные сороковые, концлагеря, культы личностей Сталина-Гитлера. На волне этого прочла я тогда Роберта Мерля «Смерть – мое ремесло», «Мальчика в полосатой пижаме» посмотрела и «Список Шиндлера». Все три вещи были сильными, но «Список Шиндлера» что-то во мне перевернул. И когда на сочинской олимпиаде Липницкая катала одиночную программу под саундтрек из этого фильма, перед моими глазами не девочка в красном платье на льду тройные аксели описывала, а остриженные евреи покорно шли в Освенцим. Этот фильм я больше никогда не пересматривала. И пересматривать не стану. Но чувство пошатнувшейся системы установок и взглядов на мир до сих пор помню. На место ничего не встало: скривившееся под порывом ветра дерево так и будет жить полусогнутым.

   Вторая вещь, перепахавшая меня, - только что законченная трилогия Рыбакова «Дети Арбата». Сильней, чем Гроссмановская «Жизнь и судьба», чем Васильевские «А зори здесь тихие» и «Завтра была война». Сильней, чем все, что я когда-либо читала о войне. Может, еще и потому, что война в романе Рыбакова – как апофеоз сталинского правления, катастрофическая ошибка – логичная после череды многолетних ошибок великого вождя. Атмосфера ужаса и страха, постоянной напряженности, ожидания, что за тобой придут, на тебя донесут, станут пытать и бить резиновыми дубинками, чтобы кровотечения были не внешними, а внутренними, что детей будут воспитывать настоящими советскими гражданами, которые, не задумываясь, сдадут инакомыслящих родителей, дабы не быть детьми врагов народа, что семилетние ребята наравне со всеми будут отбывать срок в лагерях, что кража будет караться тяжелей, чем убийство, что быть в системе – значит быть готовым предать товарища, родственника, друга, осознавать себя винтиком в огромной машине, который в любой момент могут сменить. И меняли. Мнительность и безжалостность товарища Сталина не пощадила ни высший правительственный аппарат, ни простых людей. А то, что по Переписи населения не досчитались шести миллионов человек – вина переписчиков. За это тоже расстрелять.

   Великий вождь не может ошибаться. А потому стократные донесения-предупреждения о том, что Гитлер готовит наступление на Советский Союз во второй половине июня, Сталиным игнорировались. Как же! Ведь подписан пакт о ненападении, с самим Риббентропом пили, за одним столом сидели, обо всем договорились: СССР не мешает Германии оккупировать Польшу, затем по очереди они завоевывают и остальные страны и всё – мир становится советско-германским. А слезливый поддонок Гитлер (вегетарианцем, кстати, был, что не мешало людей тысячами под нож пускать) начхал на этот пакт, наверное, еще и посмеялся над доверчивым грузином. Но и это не страшно: там, наверху, пусть хоть перегрызут друг друга. Страшно то, что застигнутый врасплох простой народ, гиб тысячами, миллионами, трупами устилалась дорога к Москве, Харькову, Бресту, Киеву, Сталинграду, Минску. Страшно то, что за два-три дня немцы прошли около 600 километров в то время как испуганный товарищ Сталин в страхе прятался на даче, судорожно сжимая в кармане пистолет, чтобы не быть растерзанным обманутым и озлобленным народом.

   Нахал и приспособленец Юрка Шарок остался жив. Ни разу не испытывал чувство голода и нужды. Жил в достатке, по ночам допросы вел, обличал троцкистов и зиновьевцев, потом заграницей агентом работал, так и остался там. Трус и подлипала Вадим Марасевич тоже нашел способ выжить: сменил свои проправительственные статейки на патриотические, даром что отца, честного принципиального человека, угробил. Жива осталась и Вика Марасевич, благополучно вышедшая замуж за француза, а до этого работавшая на НКВД, которые платили ей за информацию об иностранных агентах в Москве. Агенты информацию выдавали, естественно, по ночам…

   А Лену Будягину расстреляли как дочь врага народа. И ничего, что этот враг народа – Иван Будягин – единственный, кто когда-то в ссылке в Сибири пожалел угрюмого дикого кавказского парня, Иосифа Джугашвили. И Глеба Дубинина, полюбившего Лену, расстреляли. И Варя Иванова умерла. Прямая, чуждая принципов сталинского строя, смелая, не чурающаяся осужденных друзей, погибла. Всю жизнь ждала Сашку Панкратова и только перед смертью дождалась, на передовой встретились, когда ранена была смертельно. И Саша, отмучившийся за несчастную стенгазету, которая вышла за его подписью без упоминания товарища Сталина, погиб вместе с ней. Выкопал Варе могилу, лег рядом, лес заминировал, дождался, пока немецкая дивизия покажется, и выстрелил. Ему 32, ей 26. молодые еще были.

   А Сталин жив остался. И победа достигнута, конечно, благодаря ему – Верховному Главнокомандующему Советского Союза.

Воображариум

   Поскольку завтра понедельник, фантазия моя работает в полную силу. Правда, немного не в ту сторону, в какую хотелось бы. Например, вместо очерка о талантливом виноградаре предлагает мне множество вариаций на тему: «Как откосить от работы и как заставить нежеланных гостей обходить мой кабинет стороной». Зато идеи гениальные! Например, можно вмонтировать огненное око Саурона вместо глазка, и оно будет испепелять своим оранжево-черным взглядом всех стучащих и мимо проходящих. Можно заабракадабрить дверь, и отворяться она будет только после пароля. Можно подарить Добби носок, и тогда он, в благодарность за полученную свободу, никому не позволит нарушить покой освободителя (то бишь меня). Можно посадить у двери Голлума и он будет занудно, но исправно вещать: «Моя пр-р-р-релесть не хочет никого видеть. Моя пр-р-р-релесть занята». А можно вежливо и уважительно обратиться к Волан-де-Морту и безносый сами-знаете-кто придумает для каждого назойливого посетителя свое наказание.
   Так-то.

Властвуй, демонстрируй, подпевай

   Меня многое может вывести из себя: хамство, наглость, смешанная с самоуверенностью, бездарность и пустозвонство, вопиющая вульгарность. Но только одна вещь повергает меня в грусть и какую-то тягуче-серую печаль  казенщина.
   Понятно, что, подобно паразитирующему грибку, она прокралась всюду: в медицину, образование, культуру, про политическую верхушку вообще молчу. Прокралась и сидит себе там, довольная, упитанная, хихикает и ручками потирает. Сразу картинка даже вырисовывается наподобие рекламы таблеток (или сиропа) АЦЦ от мокроты, где мокротой и была такая жирная розовая тетка, по-хозяйски обитающая в бронхах. Вот, значит, сидит себе наша тетка-казенщина в бронхах российских и на мозг государственный действует: то ногами затопает, то добавки потребует, то кулаком в правое полушарие забарабанит. Мозг  товарищ не особо терпеливый и влиянию такой габаритной тети очень подверженный, вот и командует подчиненным своим, чтобы те задабривали гостью как могли, на патриотизм налегали, на традиции и обычаи. Очень это по душе придется даме, получше всяких там свободомыслящих и прогрессивных граждан, своим вольнодумием покой страны нарушающих. По сети капилляров, артерий и прочих кровеносных передатчиков распространяется верховно-мозговой указ и исполняется всем организмом сообща, периферийными органами тоже. Активно так исполняется, даже с лишком. Заставь дурака богу молиться - сами знаете, чего будет…
   К чему это меня в анатомию понесло-то? Это я, значит, дабы облегчить себе задачу взяла у уважаемых представителей местного Управления образованием положение о прошедшем конкурсе «Ученик года». Ну, знаете, бумажечка такая, наподобие инструкции, по всем школам рассылается, дабы знали, как готовиться к конкурсу и на что обращать внимание. Уселась я с блокнотом и ручкой, сейчас, думаю, набросаю быстро статейку и пойду читать. Но тут поплыли у меня перед глазами высокомученические слова и фразы, так, что я даже забыла, что конкурс-то на выявление самых умных школьников, а не демагогов и краснобаев. Судите сами (все в авторском варианте, никаких поправок):
1-й этап: «Я  гражданин Страны Великой» (Это своего рода визитная карточка участника, его рассказ о себе)
2-й этап: 5 вех в истории культуры моего региона (рассказ учащегося о 5 наиболее значимых культурных событиях города, республики)
3-й этап: Краеведческий конкурс «Широка страна моя родная»:
а) устные ответы на вопросы по фольклору;
б) демонстрирование своего таланта;
в) «Где родился, там и пригодился» (Эмоциональный рассказ о своем городе, республике.)
4-й этап: мастер-класс «Формула успеха». Конкурсант показывает свое мастерство группе сверстников. Конечный результат должен быть.
5-й этап: Публичное выступление на тему «Роли труда в жизни человека». Конкурсант должен показать свое ораторское искусство и умение владеть залом.
   Читатели мои дорогие. Я  человек скептичный, позитив растеряла за четыре года работы под гнетом власть имеющих. Поправьте меня, просветите: где тут критерии, оценивающие школьника как «Ученика года»? Что теперь является показателем интеллекта? Умение болтать, «мониторить» интернет-ресурсы, петь и танцевать? Все это здорово, но, простите, как-то не в тему. Писать «Страна Великая» с больших букв  не признак патриотизма. И почему нельзя назвать этап просто: «Визитка», «Знакомство», «Рассказ о себе»? Что за пустой набор слов? Между прочим, веха  это поворотное, ключевое событие в истории, специально со словарем сверялась. То, что вещали уважаемые конкурсанты, при всем уважении к их стараниям, я не могу назвать «вехами»: зажжение президентом Дагестана чаши олимпийского огня? открытие зала городского Дворца культуры? Ребят, ну вы чего? Если вбить в поисковик задание и отобрать наиболее значимые результаты  равно высокому айкью, то надо соответствовать как-то. В урну отправила бы я и эти чертовы клише. «Широка страна моя родная» - звучит как «Играй гармонь любимая». Устные ответы на вопросы по фольклору  тоже предприятие сомнительное. По какому фольклору? Скандинавскому? Древнерусскому? Северо-кавказскому? Дагестанскому?
   «Демонстрирование своего таланта»  совсем печально. Так и представляю себе красную площадь, коммунистические флаги, товарища Сталина и мой талант  этакий прямоугольник на тонких ножках и с руками-палками, салютующий Генсеку и гордо шагающий по периметру. Такое вот демонстрирование. Не стоит увлекаться сложными словами для придания апломба.
   «Эмоциональный рассказ о своем городе, республике»  забавно. Я должна захлебываться от восторга? Визжать? Пищать? Хлопать в ладоши? А порыдать и сказать, что в республике все плохо, тоже можно? Ан нет, дальше оговаривается: «чем хорош мой город? почему я хочу в нем жить?» Эй-эй, а где же свобода слова и мысли?! Может, он вовсе не хорош, и я жить в нем не желаю? Но тут тетя-казенщина предупредительно кашляет, не стоит забывать о предпочтениях старой дамы.
   Мастер-класс «Формула успеха» улыбается мне своим последним предложением: «Конечный результат должен быть». И все, точка.
   Публичное выступление на тему «Роли труда в жизни человека» - апофеоз унылости. В самый раз для уставших от пятичасового беспрерывного мероприятия конкурсантов и болельщиков. Особенно прекрасно требование: «конкурсант должен показать свое ораторское искусство и умение владеть залом». А если в зале  подростки лет 15-16 и чихать они хотели на роль труда в жизни человека? Им бы поесть, потому что они дома еще не были после занятий, ЕГЭ сдать и поступить хоть куда-нибудь. А вы им марксистко-ленинские теории предлагаете. Нехорошо это.
   Резюмирую: растить демагогов и болтунов со школьной скамьи - занятие, наверное, интересное. И государству, безусловно, нужное. Одно поколение уйдет -  смена требуется достойная. Сначала о роли труда разглагольствовать, потом об инвестициях и соц.пакетах, ну и на самом верху - о том, что «мы все сделаем все возможное на благо наших граждан и нашей Родины». Тетка-казенщина удовлетворенно кивает. Значит, так тому и быть.

P.S. это неофициальный репортаж с мероприятия. Эксклюзив, своего рода. В печати он не появится. Наверное, сами знаете почему.

Ох, нелегкая это работа...

   Когда в редакцию приносят бездарный материал и попадает он по традиции ко мне, только величайшим усилием воли мне удается сдержаться и не заорать голосом Хармсовского персонажа: "УБИРАЙТЕСЬ ВОН! И статью с собой прихватите".
   Я - не зазнавшаяся пигалица и не вчерашний дилетант, возомнивший о себе слишком много. Просто мне надоело работать с тем, с чем работать, в принципе, нельзя. Редактировать и корректировать - значит, исправлять незначительные недостатки, орфографические и пунктуационные ошибки, стилистические неудачи. Но не писать материал заново, нет. Это уже, простите, заказная статья выходит. И не надо тыкать мне своей писаниной, доказывая, что "мы все тут корректоры, и это - наша обязанность". Стыдно не понимать, в чем отличие журналиста (коими мы являемся) от корректора (коего у нас нет). Пытаться нас шантажировать и запугивать тем, что вы понесете свое произведение искусства в республиканские, более влиятельные СМИ, тоже не стоит. Журналисты - народ злобный, работы хватает, поэтому за минус один материал только спасибо скажем. Вот только региональные "печатники" менее лояльны, а потому вернетесь все равно к нам с подбитым хвостом и уменьшенной концентрацией спеси. И по заслугам.
   Когда-нибудь мое терпение, равное толщине офсетной бумаги, скомкается, сожмется и маленьким злобным шариком выплюнет все, что думает о горе-публицистах и их шедеврах. И этот момент не за горами. Достаточно еще нескольких "вы обязаны" и "вы должны".

Бабочки-мнемозины

             Мне давно уже казалось, что истинный ключ к гармонии  и 
процветанию следует искать не в государственном устройстве, 

не в правильных законах и не в прочих внешних условиях 

человеческого существования, а внутри людей.
Нужно развивать душу каждого человека. 

Помогать ему стать милосердней, терпимей, просто добрее.
                                               Б.А.

   Акунинский «Квест» достался мне дорого: полтора дня, многочасовое сосредоточенное чтение, мысленные диалоги и споры, напряженная работа мысли и ворох вопросов, обрушившийся на меня как вещи из давно не открываемой антресоли, куда были небрежно свалены в беспорядочную кучу.
   «Куча» действительно оказалась далекой от порядка. В ней нашлись учебники истории, в которых самозабвенно описывался советский рай, китайский инь-ян  вечную борьбу противоположностей, потрепанные «Гарри Поттер и философский камень» вместе с коэльевским «Алхимиком», Ломоносовские оды, бюсты товарищей Ленина и Сталина, бесстрастный Сфинкс, возмущенный Наполеон, беляевская «Голова профессора Доуэля» и черные бархатные бабочки. Теперь все эти товарищи настойчиво требуют собственного места у меня в голове и желательно с подходящими соседями, потому что советское Развед.управление никак не хочет «квартировать» с Наполеоном, а Сталину мешает порхание крылатых созданий.
    Идеал справедливого и прекрасного государства, наивно живший во мне в образе Советского Союза, окончательно рухнул, придавив собой своих злых гениев. Я отвела им место на чердаке, куда заглядываю крайне редко, и где давно пылятся Рюриковичи, Романовы и прочие исторические фигуры. Пусть продолжают строить там свою обреченную на провал утопию, в которой при упраздненной ценности и значимости денег торжествует отсутствие всякой религиозности и общественной морали. Церковные догмы, замененные на культ личности,  в сущности, одно и то же, при фанатизме неизменно ведущие к катастрофе. Огромный муравейник, объединенный общим делом  строительством земного рая, напоминает паранойю упрямца, решившего воспроизвести пригрезившуюся ему во сне картину.
    Каков может быть результат этой масштабной стройки  Акунин показал со всей наглядностью: «Заповедник», обнесенный колючей проволокой, бдительно охраняемый днем и ночью, внутри которого «обитают» «счастливые» семьи, пребывающие в состоянии экстатического страха. Благоговейное преклонение перед Ним, создавшим этот земной рай, и постоянная боязнь быть услышанным, допустить хоть призрачный намек на недовольство, ослушаться длинного списка строгих Правил, нарушение которых грозит «депортацией», а попросту  расстрелом. Если идеал правителя-деспота  зомбированное запуганное покорное общество, то да, он удался.
    Но этого самого правителя-деспота мне как-то некстати жаль. Заманчивая теория, предложенная Акуниным, согласно которой мир находится в руках Белого и Черного Судей, отвечающих за баланс Добра и Зла и выбирающих для этого себе «марионеток» из числа незаурядных личностей, заставляет взглянуть на многие вещи по-новому. Выходит, что Наполеон вовсе не виновен в том, что с помощью невидимой, но мощной руки ему удалось осуществить свои зловещие замыслы почти в полной степени, не проиграв при этом ни одного сражения вплоть до Тарутинского. Выходит, что Сталин, выходец из простой семьи, малограмотный и необразованный, долгое время просидевший в тени таких видных фигур как Троцкий, Зиновьев, Бухарин, тоже не виноват, что его дела внезапно пошли в гору, а, будучи первым секретарем ЦК, ему ничего не оставалось как довести до конца начатую Лениным «стройку», добавив к ней еще и «чистку». Выходит, что даже и Гитлер не виноват, потому что помощь ему поступила извне, из высших и недоступных кругов, обеспечивших фашистской партии победу в выборах, что привело к..к сами-знаете-чему. Но оправдать Гитлера у меня пока не получается.
    Сказочный «эликсир бессмертия» у Акунина получает новое, вполне реальное звучание, ставя главных героев перед важным выбором: возможность управлять судьбами мира или уединенное счастье с близкими людьми. На мой, лишенный гениальности взгляд, выбор очевиден. Но когда он становится перед необыкновенными личностями, признающими только Науку и Разум, решение клонится совсем в другую сторону. И эта сторона обозначается «чем-то хрустнувшим в груди» у Самсона Фондорина, так и не полюбившем свою жену, что позволило почти легко оставить ее, любившую. «Ночь он провел на кровати в Кириной детской, а утром отправился в путь  в русский лагерь, чтоб с армией дойти до Парижа. Но спустя годы, ему суждено было провести здесь печальнейшую пору своей нескончаемой жизни. Тяжелее всего становилось в начале лета, когда в стекла дома колотились крылышками бабочки-мнемозины». Я аплодирую Акунину за такое поэтичное и мучительное наказание, выбранное им для своего персонажа. Пожалуй, худшая кара, которую можно придумать для человека мыслящего,  это одиночество длиною в жизнь. «Квест» основательно поколебал мою незыблемую убежденность в том, что смертная казнь  это самая жестокая и справедливая расплата за тягчайшее преступление. Теперь мне совершенно ясно, что одиночное пожизненное заключение  вещь куда более суровая.
   Кира Ивановна  жена Самсона, один из двух героев, которым я всем сердцем симпатизировала от первой до последней страницы. Пожалуй, смерть  это лучшее, что могло с ней случиться, а осознание того, что истинное бессмертие  это ребенок, носимый ею, - высшая мудрость, доступная только женщинам. Второй человек  Гальтон Норд, без колебания выбравший любимую женщину. 92 года, прожитых в счастливом браке, в окружении детей, внуков и правнуков  по-моему, достойная награда за этот выбор. И пусть бабочки-мнемозины кружат над глупцами, выбравшими власть и одиночество.