Из всей сложной и многообразной гаммы чувств, какие только может испытывать человек за свою долгую-короткую жизнь, я больше всех не люблю чувство усталости. Даже не мейнстримный тлен и безысходность, не апатию и безразличие, не гнев и разочарование, а именно ощущение каменной усталости, не имеющей стыков и оснований, пробелов и щелей, сверху-донизу и справа-налево плотно уложенной камнями, кирпичами и булыжниками. Серого такого, невзрачного цвета.
Устаю я не часто, но надолго. По состоянию это похоже на депрессию, только еще более безрадостней (куда ж еще-то?), гуще, затянутей. Отличительная черта - внезапность. Бросаешься писать - не идет, читать - тоже, готовить - не вдохновляет, гулять - нет сил, смотреть кино - да чего я там не видел? И мозг предательски засыпает.
Внешне ты бодрствуешь. Сидишь с друзьями, умываешься, кушаешь, ходишь на работу, даже отвечаешь на какие-то вопросы, но эмоциональной реакции на это нет. Это как есть невкусную кашу только потому что иначе мама не отпустит на улицу. Ты давишься, а есть надо.
Через 5 с половиной часов у меня экзамен. Самый сложный в этой сессии и один из самых сложных за 3 курса. Потрачено на него в общей сложности 2 недели занятий с перерывами и 2 дня упорного сидения пятой точкой на стуле и уже почти автоматического конспектирования главных этапов развития журналистики 18-19 веков. Про физическую боль везде, где она только может быть, говорить не буду. Про всего 6 часов сна за двое суток - тоже. А вот про усталость скажу. На "Русском слове" Григория Благосветлова я поняла, что приехала. Потому что отлучившись в ванную, чтобы умыться и стряхнуть с себя сон, я в отключке стояла минут 5 и таращилась в стиральную машину, а перед глазами летали зеленые тучки. Не мошки. По размеру это были именно тучки.
В таких случаях находятся слабоэффективные, но все же способы продержаться на автопилоте еще n-ное время. Открыть окно, вдохнуть холодный свежий воздух, налить десятую кружку кофе или холодной воды, съесть конфету, отвлечься на блог, помассировать уставшие покрасневшие глаза. Но вот когда усталость выбивается из сессионных или будне-рабочих границ и достигает масштабов всего твоего малозначимого существования, эти обманки не действуют. И ни в одной из прочитанных мной книг так и не было сказано, что делать, когда ты остаешься наедине с собой в маленькой ванной комнате с тусклым светом и зелеными тучками перед глазами.
Устаю я не часто, но надолго. По состоянию это похоже на депрессию, только еще более безрадостней (куда ж еще-то?), гуще, затянутей. Отличительная черта - внезапность. Бросаешься писать - не идет, читать - тоже, готовить - не вдохновляет, гулять - нет сил, смотреть кино - да чего я там не видел? И мозг предательски засыпает.
Внешне ты бодрствуешь. Сидишь с друзьями, умываешься, кушаешь, ходишь на работу, даже отвечаешь на какие-то вопросы, но эмоциональной реакции на это нет. Это как есть невкусную кашу только потому что иначе мама не отпустит на улицу. Ты давишься, а есть надо.
Через 5 с половиной часов у меня экзамен. Самый сложный в этой сессии и один из самых сложных за 3 курса. Потрачено на него в общей сложности 2 недели занятий с перерывами и 2 дня упорного сидения пятой точкой на стуле и уже почти автоматического конспектирования главных этапов развития журналистики 18-19 веков. Про физическую боль везде, где она только может быть, говорить не буду. Про всего 6 часов сна за двое суток - тоже. А вот про усталость скажу. На "Русском слове" Григория Благосветлова я поняла, что приехала. Потому что отлучившись в ванную, чтобы умыться и стряхнуть с себя сон, я в отключке стояла минут 5 и таращилась в стиральную машину, а перед глазами летали зеленые тучки. Не мошки. По размеру это были именно тучки.
В таких случаях находятся слабоэффективные, но все же способы продержаться на автопилоте еще n-ное время. Открыть окно, вдохнуть холодный свежий воздух, налить десятую кружку кофе или холодной воды, съесть конфету, отвлечься на блог, помассировать уставшие покрасневшие глаза. Но вот когда усталость выбивается из сессионных или будне-рабочих границ и достигает масштабов всего твоего малозначимого существования, эти обманки не действуют. И ни в одной из прочитанных мной книг так и не было сказано, что делать, когда ты остаешься наедине с собой в маленькой ванной комнате с тусклым светом и зелеными тучками перед глазами.
